Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

(no subject)

Вите 8 лет. Его пригласили играть в театре. Роль не сложная, сын Медеи. Во втором отделении Медея выносит убитого ею ребёнка. Это и будет Витя. Ему надо красиво обвиснуть - и всё.

Напомню сюжет. Ясон влюбился в Главку. Медея в ответ убила детей. Другого способа выразить грусть не придумала. Мне кажется, написать такое мог только законченный мужчина и немножко идиот. И это всё что нам стоит знать о древнем греке Эврипиде.

Критически важен вес артиста. Медея не должна хрипеть, кряхтеть и спотыкаться. Ей положено легко вынести и показать. Витя идеально подошёл. Он талантливый, а главное — худой.

Больше всех обрадовалась Витина мама. Она позвонила всем. Даже свекрови. Бабушка ответила что Витин талант целиком от папы, а от матери у ребёнка только нос набок. Не важно. Всё равно счастье в дом.

Вместе ходили смотреть спектакль с предыдущим мальчиком. Он играл ужасно. Обвисает будто без внутреннего монолога. И на поклон не вышел.
Режиссёр сказал, в их театре бешеный расход детей. Они постоянно вырастают. Ясон, для сравнения, играет сорок лет без всяких признаков распада. Про Медею вовсе говорят что она настоящая, с тех ещё времён сохранилась. Она режиссёра поправляет словами "всё не так было".

Collapse )

Шахерезада. Римский-Корсаков.

Балерины без колготок похожи на простых женщин. У них потёртые коленки, синяки замазаны и целлюлит мой любимый. Мне подарили билет в партер, четвёртый ряд. Впервые смотрел это дело в 3D. Многое понял.
Постановщик деньги пропил, на колготках сэкономил, на юбках тоже. Участницам выдали купальники в золотых огурцах и всё. Примерно так я Персию себе и представлял.

Обычное моё место в театре под самой крышей, стоячее, за колонной. Балерины оттуда кажутся пёрышками. Их подробности видны лишь благодаря воображению. Я был уверен, их привозят в ящике «осторожно, стекло». И в кулисах уже достают из ваты. А вблизи, оказалось, они сопят! У многих есть попы. Кое-что и правда из фарфора, но есть и мякоть. Особенно Шахерезада просто человек. Минимум заслуженная артистка. Принцесса Бадур наоборот тощая и лопоухая. Очень красивая. Женщины-скелеты редко бывают так хороши. Они считают, телу до 45-ти кг уход не нужен.

Балет вблизи очень понравился. На меня сыпалась их пудра. Будь коньяк в буфете дешевле, я прыгнул бы в центр хоровода. Они совсем как мы. По нашим кухням ходят такие же ложбинки и трещинки. Наши женщины не крошат салат в шпагате, но это единственное отличие.

Я вообще за натурализм. Женщина должна уметь икать. Её не портят гороскопы, ворожба и давайпоженимся. Хорошо так же, если у неё есть кривой зуб. Видели бы вы лицо Шахерезады в финале. Либретто поясняет: тысяча ночей истощили героиню. Поэтому она переплелась сама вокруг себя.
Когда сантехник истощён, он падает и ругается матом. Телом и лицом, в меру знаний, Шахерезада изобразила матерное слово. Какое именно — в программке не указано.

Ещё одна натяжка в самом начале. Царь Шахрияр казнит девственниц. Чудных мотыльков, ножки, шейки, ручки, все под нож. Мужчины-зрители возмущались и не верили. Не бывает таких злых идиотов, чтоб обижали балерин.
Я загуглил фото персидских гаремов. Хотел знать пределы варварства. И знаете, шаха можно понять. Красота гарема всегда ограничена самой красивой чадрой. Зато под ней нет предела ужасу.
Вот для примера Шах Насер эд-Дин сфотографировал свою жену, любимейшую из 84-х. В назидание потомкам.

(См. фото внизу, справа, похожа на Тараса Бульбу).

Её зовут Анис аль-Долех. То что у Семёна Будённого считалось усами, у неё брови. Впрочем, усы тоже есть. И это 19-й век, зеркала и косметика уже были. Когда женат на трёх сотнях таких моджахедов, нет-нет да и казнишь пару девственниц из их числа.

В свете этих новостей даже хорошо, что искусство отдалено от правды. Я за балерин во всех жанрах. Пусть играют хоть Штирлица. Им всё равно о чём махать ногами, мне тоже. Смотрел бы и смотрел.

P.S. Римский-Корсаков прекрасен.

Это две жены шаха. Красивая и умная, видимо.

Театральное.

В одном детском саду ставили Муху-Цокотуху. Артистам объяснили суть конфликта: для паука муха обед, для комара – крылатый ангел. Две страсти, два взгляда на мир. Пока любовь у насекомых не стала темой парадов и не запрещена властями, такие вещи можно играть без согласований с центром.

Распределение ролей превратило садик в серпентарий. Не такой опасный как БДТ, но и подлостей хватало, и скандальных назначений. На роли бабочек выстроилась очередь. В тараканы наоборот, никто не записался. Пришлось их вырезать из бумаги. Ростовые макеты тараканов вызывали массовый страх сцены. Им потом оторвали усы и дорисовали улыбки. И всё равно бабочки взвизгивали, неосторожно глянув на задник.

Исполнитель роли паука утверждал, что его надули. Он поступал за роль спайдермена. Он хотел уйти из искусства в другой сад, когда увидел костюм. Насилу успокоили, пообещав вампирскую сцену (...и кровь у неё выпивает). В ней артист обнаружил такое знание материала, что Муха плакала в гримёрке от потрясения.

В эпизоде свадьбы вдруг забастовал Комар. Ему нравилась пчёлка, а муха – не очень. Даже понарошку он отказывался жениться на нелюбимой. Муха снова плакала. Ей самой нравились клоп и кузнечик, и плевать на комара, но всё равно обидно.
Вообще, женщины в коллективе не так хороши, как по отдельности. Один белорусский вожатый интуитивно водил в походы только мальчиков. Саванны, джунгли, бурные реки, всё что есть в окрестностях Минска, он показывал детям. Мужчины вместе вязали узлы, разводили огонь в болоте, из каши выплёвывали муравьёв, друзей природы. Сходившие раз, просились в поход ещё и ещё.

Мамы девочек обвинили вожатого в сексизме. Люди в мини-юбках тоже любят природу, сказали мамы. Вскоре вожатый узнал десять главных гендерных отличий. Во-первых, девочки не хотят муравьёв. Ни в каше, ни в чае, нигде. Девочкам не интересно, как высоко он влезет по ноге и укусит ли он туда, куда доберётся. Девочек не интересует наука, зато они хохочу по ночам как совы. Утром их не буди до самого обеда. Сами себя девочки делят пополам, с половиной дружат, другую мечтают унизить, а лучше убить. Орать на них нельзя, они девочки. Они помнят каждый взгляд вожатого. За любовь, красоту и дружбу они готовы вцепиться в волосы. Девочкам не интересны морские узлы, кроме откровенно красивых. Заслышав музыку, они рефлекторно танцуют. Зачем в лесу или в поле танцы, вожатый придумать не смог. Он зарёкся украшать походы девочками. А зря. Беларусь не настолько яркая страна, чтоб ходить по ней без женщин.

В прошлой жизни этот человек жил в Японии. Там его звали сёгун Токугава. В 1692-м году он же запретил женщинам играть на сцене. "Для сохранения нравственности и избежания неистовств". Представляю, какие письма ему писали выпускницы театральных вузов.

Детский сад № 6 не блюдёт законов театра кабуки. На сцене присутствовали все девчонки всех групп, в крыльях, с рожками, красивые как звёзды. "Только не при них" подумал паук, увидев занесённую саблю. Он ловко увернулся и пустился в бега. Комар погнался за кровопийцей, бабочки помогали загонять. Поймали, стали рубить, но от сабли паук лишь громче хохотал. На удачу, комар оказался дзюдоистом. Удушающие приёмы неплохо вплелись в сюжет. Под аплодисменты зрителей режиссёр Нина Павловна унесла артистов за кулисы и там как-то расцепила. Заиграла музыка, бабочки стали рефлекторно танцевать.
Родителям очень понравился спектакль. Хоть садик логопедический и далеко не все поняли что смотрели. Реплики без согласных, "а-о-ы-у" могут относиться к какому угодно произведению. Но на то оно и театр, чтобы любить его, вопреки ценам в буфете. Так примерно думал я, покупая бутерброд за три евро в нашем оперном.

Лев.

Я не помню снов, или не вижу, смысл один. И вдруг врывается в мой сон Таня Б., в таких прозрачных штанах, какие забыть невозможно. Было видно по штанам, Таня мне снится с самыми серьёзными намерениями.

Мы не виделись пятнадцать лет. Раньше она была училкой в очках и в цыганской юбке. Но за годы разлуки похудела, изучила гимнастику и множество балетных прыжков. Очень мило с её стороны, я как раз не люблю эротических снов, где женщины большие и тяжёлые как памятник.

Стремительная Таня махала ногами, словно крыльями. Я подбадривал её отдельными кавалеристскими междометьями. Волнующий этот танец как бы звал бороться с условностями в сексе.

Ни один сонник не расшифровывает училок, машущих ногами. Про балет пишут отдельно, – «к изменам и ревности».
Я не верю снам и за это сонники пророчат мне всякие гадости.
А другие люди верят и жизнь их полна милых сюрпризов.

Например, знакомая рассказала, стоит ей во сне вступить в гамно, назавтра случается прибыль из настоящих денег. Это прекрасный способ богатеть, очень удобный. Но мне он не доступен, из-за недостатка веры. В тщетных попытках, я лишь растопчу чужие хорошие какашки.

Вот ещё, из достоверного:
Мелкие монеты снятся к слезам радости.
Драка видится к встрече с тем, с кем дерёшься. Встречу Монику Белуччи, накидаю по соплям, пожалуй.
Мыть полы - к путешествиям. Если кому всё обрыдло, то знайте.

Ещё та знакомая гадает на блюдце. Рассказывала удивительное. Например, дух Пушкина ужасный сквернослов, женщины от него краснеют и хихикают.
Наполеон капризный и подозрительный. А Бальмонт очень мутный, в его предсказаниях сплошь метафоры, без филологического диплома не понять, чего он там бормочет.

Говорит одной женщине: Серый князь занёс лиловый жезл, стране пушистых кроликов грозят позор и разорение. А у этой женщины дома тапочки с мордами кроликов. Она понеслась, думала пожар или воры. А там всего-навсего муж, драматический актёр Семёнов привёл с работы актрису Булочкину, обул её в тапки жены и ну делиться секретами актёрского мастерства. Эта женщина, Семёнова, прибежала и облегчённо рассмеялась. Дала актрисе Булочкиной по сопатке и тут же в страну пушистых кроликов вернулись мир и покой.

И кстати, вот отчего мне снилась Таня в прозрачных штанах. Вчера смотрел арабский танец из Щелкунчика, примерно триста раз. Там такие же брюки.


Collapse )

Немного об искусстве.

Без коньяка провинциальный балет невыносим. Даже стаи половозрелых балерин его не спасают. Это удивительно, я думал, ноги в белых колготках всесильны. Оркестр рыдает, Чайковский такой Чайковский, и всё равно унылое болото.

Хорошо хоть, мы есть. С нами бедный зритель не грустит. Мы зеваем громче оркестра, внезапно хохочем в трагическом месте, и другими разными способами не даём публике уснуть, вопреки стараниям дирижёра по фамилии Дубочек.

Например, Маша выждала паузу и спросила так, чтоб слышал и балкон.
- А перед нами сидит тётя, у неё губы силиконовые?
И партер обернулся поглядеть, из чего у тёти губы. Балкон тоже хотел бы увидеть, но побоялся упасть.

Раньше эта тётя хотела быть заметной. Она надела красивое серебряное платье. Или даже алюминиевое. Спереди вырез, на спине вырез, снизу, и где голова торчит - всюду вырезы. Хорошее, издалека различимое платье, сшитое из женских обещаний. Но девушка даже не мечтала о таком успехе, чтоб затмить представление. Она обернулась и посмотрела на нас с благодарностью. Ну, мы так подумали, это благодарность в её глазах. Пылает.

Потом маленькая Ляля нашла на стульях номера. У меня девятый, у Маши десятый, у Лялиного стула кто-то голодный откусил цифры.
Ляля расстроилась и сказала горестно и громко:
- Боже мой! Какое унижение! У меня стул без номера!
И опять все обернулись и посмотрели на эти прекрасные губы и вырезы.

Потом на сцене выстрелила пушка. Ляле показалась, лично в неё. Ляля вскрикнула раненым поросёночком, и алюминиевая женщина устало заулыбалась зрителям – «да, да, визжала тоже я, вот этими вот губами».

Все эти неловкости случились из-за нашего деда, он был комбайнёром с громким басом. Кто не знает, комбайн - машина по производству грохота. Дед единственный в деревне мог разговаривать сквозь звуки комбайна. Поэтому никто не хотел с ним кататься, из-за невозможности возразить в беседе. Дед был громкий, и мы в него.

И напрасно вы решили, будто мы дикие.
Как у всех людей, наш театр начинается с вешалки. Мы за неё боремся так, что можем высосать глаз голыми руками или даже плюнуть на платье. И если в холле Национальной оперы дерутся вешалкой красивые девчонки, это мы, скорей всего. Пришли смотреть Щелкунчика.
В гардеробе полно других вешалок, я не знаю, как выбрать ту единственную, за которую стоит задушить сестру. Зато знаю, как всех помирить. Надо поднять клубок за деревяшку и так держать. Дети повисят-повисят и отвалятся, они ж не летучие мыши, висеть часами.

После драки мы поправляем бантики и идём в буфет, за коньяком.
Без него провинциальный балет невыносим.




Collapse )

Откуда апрельский Инь берёт свою Цы.

Мандолинисту Жоре выпало интересное приключение - ориентироваться в незнакомых штанах. Не простых, из-под смокинга. В них нет ширинки. Только сбоку невнятная молния. При таких двусмысленных приметах трудно выбрать, где север, а где юг. Он спрашивал у встречных мужчин-актёров, с какой тут стороны мох растёт, актёры только сопереживали:
- Как же ты теперь?
Никто не хотел бы себе такой доли. Человек с ширинкой вбок лишён надежд на мимолётный секс, любимый способ размножения артистов и музыкантов.

Чтобы определиться, Георгий подбросил монетку и первые девять спектаклей отыграл жопой вперёд.
Он весит 52 килограмма при росте 185, на его ходули нашлось только это, нижние полсмокинга. Пузырь в районе гульфика Жору не насторожил. Когда портной видит в вас мачо, подъезжающего к писюару боком, некоторую свободу спереди легко оправдать как место для хранения шланга.

Всё разоблачила костюмерша.
- Какой-то ты нескладный, - вдруг сказала она, имея ввиду нечто сверх того, что обычно думают люди, встретив на улице червяка в костюме. Жору обследовали и развернули в штанах.

Юбилейный, десятый спектакль он играл с новым чувством. Было непривычно ловко и удобно. Жора расшалился, вплёл в серенады два раза Мендельсона и один раз Лед Зеппелин. Очень кстати в первом ряду случилось на шесть голых колен больше обычного. Жора обратился к ним с волнующей импровизацией, как бы подчёркивающей новую свою органичность в современном искусстве.

В антракте он кинул два по пятьдесят, во втором антракте добавил, на поклоне ущипнул пианистку. После всего, говорят, его видели целующим буфетчицу Катю в локоть изнутри.

Не представляю, как бы разрослось Жорино обаяние, если б он полсезона проносил ширинкой назад что-нибудь более сугубое, напимер, ботинки. Даже кариатиды на фасаде захотели б от него маленьких мандолинистиков.

А я, как дурак, весь год играл пуговками куда надо, теперь у меня за окном всё время дождь, и спать хочется.

Донна Флор и мужики. Спектакль. Пересказ. С песнями и танцами.

Сейчас расскажу. Вы ж не читали Жиоржи Амаду. Садитесь.
Сам я тоже не читал, мне в театре объяснили. Мистический реализм, называется.
После Маркеса вся Латинская Америка только мистический реализм танцует.

В роли сабжа - Оксанка. Беспардонно хороша собой. Её красота вредит мистическому реализму и искажает образ Латинской Америки в лучшую сторону. Когда баба красивей Моники Белуччи, это уже фантастический утопизм, ведь красивей Моники Белуччи бывает только Орнелла Мути. А кто этих тёть не различает, дальше может не слушать, смысл ускользнёт неизбежно.

Сначала все танцуют. Кроме мать.
Мать ходит многодетной походкой и шипит про ужасы женитьбы не на кофейной плантации. Не приведи господь, какая женщина. Но у Оксанки такой красивый позвоночник, что мать ей не указ. Ей всё молодо-салатово, она влюбляется в Коляна.

Collapse )


Мимоходец

.Однажды, переделав все дела, перекрасив даже стены в чистое, усядусь за дневник. Писать буду много и вдохновенно.
Стану вскидывать над клавой руки, как какой-нибудь Прокофьев. 

Напишу, как к нам в кватиру пришли блохи, много. Сиксильён, или даже стописят.
Расскажу про длинную линейку для чесаний - мы очень её теперь любим, иногда дерёмся, кто первый.
Напишу про Лялин атеизм, Ляля не верит в невидимое, в блох тоже, про укусы говорит - это Владислав покусал, недруг по садику.
(Владислав там всех кусает.)
И добавляет сентенциозно:
- Владислав - свинья!

Ляля говорит, и меня покусал он же, и Люсю.
Мне-то что, я привычный, а Люсю ревную.
Никому не прощу укусы в Люсины те места, чьих названий не знаю, но которые мне очень дороги.
Поймаю гада - оторву хоботок.

Люся копит на Египет, на трёх работах, я чувствую себя акулой большого секса на планктонной диете.

Нечаянно устроился в театр. Много репетирую.
Два раза выхожу там на балкон с гитарой, (это, конечно, главное в спектакле место).
Ещё один раз кричу с толпой "ого-го". Просили не перекрикивать толпу, хоть я был ещё не в голосе.
Хотел влюбиться в молодую актрису из Петрозаводска, но было жарко, плюнул.

Дурная какая-то жара. Как в Вавилоне за день до финала.