Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

(no subject)

Нас позвали замуж. Это финал. Я прошёл Игру!

Пошаговая стратегия ОТЕЦ начиналась с простых заданий. Нащупать и соединить в темноте две фигуры. Помню, было  много радости.

Теперь же, на высших уровнях - нуар и треш. Я плету интриги, слежу за кустами в бинокль, не сплю вообще никогда. 

Пару дней назад так называемые дети пошли гулять в лес. И случайно вышли к моргу. И тот, кого я называю про себя "потерпевший" сказал: 

- Маша, вот если бы я позвал тебя замуж возле морга, ты бы что ответила? 

Маша отвернулась, пряча побежавшую через лоб строку "Mission completed".

Она сказала:

- Это оскорбление ты смоешь своей заботой и подарками лет через пятьдесят только. 

(Мало кто знает, на что готова Маша за простое яблочное пирожное и капучино). 

Мне запрещено называть кавалера жертвой. Поэтому ниже будет много местоимений. 

Он спалился. Как минимум единожды Он подумал слово «свадьба». И теперь пробует это слово на язык. 

Морг встретился случайно. В соседнем лесу, в лабиринте осенних аллей, есть также больница, хоспис и кладбище. Куда ни приди, предложение руки и сердца прозвучит двусмысленно. Зато, сколько места для английских шуток про синеватых свадебных гостей, мало едящих и всем довольных! А песня  Баскова «Все цветы для тебя», исполненная на кладбище? В наше время не умели любить так остроумно. 

Collapse )

(no subject)

Таксист в Минске рассказал. Вызвали его куда-то за город. "Убер" только появился. Приезжает, а там свадьба в ресторане. Все подъезды забиты. Сотни машин. Люди садятся, но тут же выскакивают. Все орут, пьяные, нарядные, весело. И никто никуда не едет.

Оказалось: тамада заказала такси для всех гостей. Она освоила программу заказа.
Гости тоже освоили программу. И каждый вызвал такси для себя.
А поскольку родственник белоруса традиционно немного беспомощней чем сам белорус, все заказали ещё и для родственника.

И вот, на двести гостей триста машин. Тамада запретила уезжать, пока лично не пересчитает всех в упакованном виде. И побежала пересчитывать. А поскольку Беларусь есть страна тотальной взаимопомощи, гости тоже побежали пересчитывать. Орали – Коля, Коля где ты? А Люба?

Бегали долго, потом сообразили - выстроились у шлагбаума. Каждая пара занимала одну машину, расписывалась в ведомости и только потом уезжала без права вернуться.
Вот так просто и неформально в Беларуси заканчиваются свадьбы.
Покуда помогать другим интересней чем себе – мы капитализм не построим! – сказал мне таксист вместо сдачи.

Друзья дорогие, любимый мой Минск! Приходите в четверг книжки подписывать. В пять часов, в Академическую книгу. Читать ничего не буду, просто обнимемся, потом фото с тем что я называю улыбкой. Шёпотом отвечу на интимные вопросы. Всех обожаю.

Адрес магазина «Академическая книга»:
Минск, проспект Независимости, 72,
начало в 17.00.
16-го мая.

Collapse )

Дневники тестя. Пролог.

Маша ходит в школу с какой-то радостью. В речи её зачастили слова-паразиты Никита, Денис и Матвей. Домой возвращается ещё трезвая, но уже на каблуках. А у меня как отца даже ружья нет.

Судя по котятам её детства, жених грядёт шелудивый, одноглазый и с поломанной лапкой. Чтобы протащить нормального кандидата, я готов на махинации, вбросы и митинги с покрышками. Но то ли к Новому году всех разобрали, то ли женихов в принципе не достать. На Алибабе предложений ноль. На других сайтах есть, но в дом я это не пущу.

Скорей всего, Машу вернут домой прямо в свадебной упаковке. Она фантастический лодырь. Лень защищает нас от раннего брака лучше свирепых братьев. Мне за неё радостно и стыдно.

Я учил её готовить. Нашёл рецепт щей, не требующий мелкой моторики. Идём, говорю, открывать для себя удивительный мир кипятка и кислой капусты. Маша пришла на кухню в пальто, (у нас плохо топят), забралась с ногами в кресло и стала декламировать Бродского. Я тем временем варил. Щи оказались с лимоном и сахаром. Если добавить заварки и убрать остальное, получим второе блюдо, необходимое для становления семьи.
Сам рецепт Маше понравился. Ритмика текста, широкие жесты, морковь на обоях, пламя в потолок, всё очень красиво. Щи же своим букетом как бы подталкивают к сыроедению. После дегустации мы с кастрюлей не шли в сторону унитаза, а именно бежали.

Ничего. Однажды, другие дети вцепятся зубами Маше в ногу. Тогда она снимет пальто и сварит свою первую кашу, крепкую как цемент и такую же вкусную. Через год посягнёт на клёцки и фрикадельки. Семью сначала придётся пороть, чтобы не выплёвывала предметы искусства. Потом подчинённые привыкнут и даже признают что-нибудь лучшим супом района. Получив из будущего эти предвидения, я прекратил уроки кулинарии. Перешёл к красоте.

Я продемонстрировал как ходят фотомодели. Маша отнеслась не серьёзно, потому что молодая. Потом показал приёмы кокетства. Я умею двигать бровью, плечом и бедром. Если бы не срывы в греко-римскую борьбу, мои уроки были бы идеальны. Взмах ресниц и полуулыбка не должны перетекать в бросок через спину. Это понятно. Просто я не чувствую, где надо остановиться.

Ещё объяснил: благодаря текучести и ранимости, любая женская сиволапость может стать манящей и порочной. Это удивительно. Первая моя любовь наклонилась за сумочкой и тридцать лет уже я помню тот изгиб. Вторая сбивала дыхание движением брови. Ещё одна садилась на шпагат где ни попадя, что само по себе красиво.

Узнав, как девушка ходит и поправляет волосы, начинаешь любить и душу её. Майне зюсих каце Лариса Григорьевна показала мне свои рентгеновские фото. Как я и предполагал, у неё ужасно красивый позвоночник. Лордоз с кифозом похожи на скрипичный ключ. Дорзальные и вентральные отростки изящны, рёбра округлы, застенчивая печень в их тени как девица в летней беседке. А почки! Положительно, Лариса Григорьевна в разрезе не уступает себе целой. Повешу её портрет в кабинете между Шишкиным и Модильяни.

Вот то-то и оно, говорит Маша. Не надо волноваться, отец. Главное в любви — это любовь.
А я видел любовь и поэтому как раз волнуюсь.

Младшая дочь Ляля тем временем выкрасилась в чёрный, носит штаны с дырами и слушает страшный рок. Поцелуи и обнимашки, говорит, для слабаков. Настоящая папина радость.



Фото: Маша глядит на чудище, но видит принца.

Об алгоритмах кухонных бесед.

Ребёнком я посещал женскую баню. Не в целях саморазвития, а потому что жил в неблагополучном районе. Из удобств в нашей семье был чайник. Из него мы мылись, пили и отапливались им же. Но раз в неделю хотелось большего. Так я впервые увидел голых работниц механического завода. Художник Рубенс, видимо, мылся в той же бане и страдал теми же визуальными кошмарами. Что бы он потом ни рисовал, получались токарихи и фрезеровщицы, состоящие из бугров, оврагов, складочек и обвислостей. На изготовление каждой уходил центнер дрожжевого теста и немного волос. Прыгнув в такую, можно было утонуть.

Ещё помню горячий кран, другим концом приваренный к центру вулкана. Ручка управления имела два положения – "Выкл." и "Толстая коническая струя жидкой магмы". Каждая его капля прожигала навылет коня. Ради таза воды люди рисковали жизнью. В единственный душ стояла очередь на год вперёд.

После мытья, униженные и обожжённые, мы с мамой шли к коричневой старухе за ключом от шкафчика. На днище таза был намалёван номер, кривой как иероглиф. Старуха внимательно его осматривала, почти нюхала. Я ждал, она поднимет голову и каркнет что-нибудь про дальнюю дорогу и множество на ней брюнетов, но всякий раз звучало только "75" или "54".
Одна женщина получила ключ, открыла шкафчик – а внутри чужая одежда худшего качества. Ей в парилке подменили таз. Голая, зарёванная, сидела потом, писала жалобу на трёх страницах, красиво заложив ногу на ногу. Старуха-ключница лично бегала к ней домой, будила мужа, рылась в шкафу, всё принесла и потом ещё дружила семьями – целая история. Сейчас такое невозможно, телефоны свели банную драматургию к смс-диалогам.

Однажды в бане погас свет. Без окон тьма получилась абсолютной. И не вошёл никто, не осветил телефоном путь к одежде. За стеной мужики заржали, свистнули, построились и вышли. А женщины стали совещаться. Они в армии не служили и в минуту опасности полагаются на разум. Выяснилось, что темнота усиливает топографические сомнения и в ней не работают ни указательный палец, ни слова "направо" и "налево". Купальщицы ползали вдоль каменных лавок, повизгивая при встречах. Наощупь всё казалось или краном с кипятком, или Минотавром, который уже, конечно, пришёл. Я точно знал где выход, но детям велели молчать, потому что не время капризничать.

Потом какая-то ловкачка нащупал дверь. Крик счастья, отражённый от стен, лишь усилил общее чувство безысходности. Проём не засветился, в раздевалке та же темень. Спасённая посоветовала всем идти прямо до стены, потом двигаться вдоль, не меняя направления. Наверное, она была математиком. Вскоре все спаслись. Причём мочалки взяли, а тазики – никто. А это в бане главный документ.

Тут в раздевалку вошёл мужчина с зажигалкой, позвал тихо – Оля! Его поймали, поцеловали, отобрали осветительный прибор. С зажигалкой опасная трагедия превратилась в смешную игру «опознай костюм». Женщины следовали за огоньком как мотыльки. Лица у всех были таинственны и красивы. Добрая коричневая бабка открывала любые шкафчики. Дамы угадывали где чьё. Одевались в темноте, выходили на свет с бирками в самых неожиданных местах. Больше я в женском отделении не мылся. А про фрезеровщиц скажу – не судите по размеру ноги о человечности. Некоторые виды красоты понятны лишь когда их обнимешь.

Мы с Дашей сидели на кухне, мечтали о сауне, о кабинке на две задницы, в которой так приятно пережидать межсезонье. Даша выслушала мою историю, сказала – боже мой, сколько у нас общего. С ней такое же было . Один в один. Однажды к ней в баню вошёл монтёр. Достал лампочку и ну менять. Даша тогда пережила ужас и больше в городскую баню не ходила. Я спросил осторожно, видит ли Даша какие-нибудь различия между нашими историями.
- Ну конечно. Я девочка, а ты мальчик. Мой шок куда тяжелей. Он монтёр, а я голая. Представляешь?
Я легко представил Дашу голой. Вся моя литература построена на умении воображать подобное. Это мой исток, мой чернозём, сор, из которого я расту, не ведая стыда. Вскоре я забыл с чего начался разговор и каким должен быть финал. Поэтому и здесь его не будет. Всех обнимаю, до свидания.

Из жизни стиральных машин. Мелодраматическое.

Одна семья купила стиральный механизм. И не выкрутила из него четыре задних болта. Хотя инструкция настоятельно советовала выкрутить. Крупным, понятным рисунком советовала.

Эта смелая семья не боялась, что машина с неотрезанными болтами станет метить углы и орать ночью неприятным голосом.
- Я не дам мучить животное ключом на семнадцать! – сказала мама этой семьи. – Если бог дал ей болты, как мы можем их отнять!
Папа согласился. Чтобы в жилище не переводились секс и еда, он во всём соглашался с мамой.
Они жили в старом доме, где лестницы болели ревматизмом, а межэтажные перекрытия изгрыз кариес. (это важно).
Стиралку поселили в углу, рядом с голландской печью. Кто не знает, это в квартире такая большая, тёплая башня. Жрёт дрова, когда дают. Голландская печь называется.

Так, под видом маленького механического дружочка в дом проникла опасный урод. И в самый первый отжим, в главный момент жизни любой прачки, с нею сделалась эпилепсия. Злая техника стала прыгать, биться. Пока не провалилась вниз, к соседям.

Звонит мне мама этой семьи. Говорит, приходите, посмотрите что сделала эта психическая.

Аккуратной квадратной дырки там не получилось. Вслед за стиралкой вниз прыгнула голландская печь. Как всякой женщине, печи всегда хотелось путешествий. Узнав, что под землёй тоже есть жизнь, она не удержалась, полезла смотреть. Получилась брешь вполне трагических размеров.

Жители низлежащего ада обрадовались, конечно. К ним с неба упала новая стиральная машина и голландская печь в прекрасном состоянии, россыпью по два и по пять кирпичей. Плюс много прохладной воды и свежестираные наволочки. Если пригнать пять золушек, отделить ими бельё от камней, то выгода налицо.

Или вот другая история. Дом в этой новой истории попался железобетонный, с большим содержанием блендамеда в полах, поэтому ничего не провалилось. Но всё равно было что-то не так, как выразился их папа.

Этот папа технически грамотный попался. Он напилил досок по размеру и распёр стиральную машину в потолок и стены санузла. Чтоб не прыгала. А в панельных домах санузел – это отдельная гипсолитовая кабина.
И вот. Взбешённая досками и неволей, полная болтов стиралка оторвала санузел от труб и прискакала на нём в гостинную. И перегородила туалетом корридор. Именно невозможность пройти в кухню иначе, как сквозь стены туалета их папа назвал «ЧТО-ТО НЕ ТАК».

Лучше неукрощённой стиралки только эксплозивные психопаты. С ними тоже всегда интересно. Они дерутся топором, могут перекусить бульдога пополам и вообще живут полной грудью. Сейчас такого найти трудно. Психопат сегодня измельчал, больше плачет, жалуется. В лучшем случае яйцом бросит с восьмого этажа. Если б не стиралки с болтами, мир совсем бы позабыл, что такое настоящая опасность.

Гениальная русская писатель Лора Белоиван встретила такоэ на своём жизненном пути.
Я хотел комментировать, но коротко не получалось, а длинных комментов я сам ненавижу. Пусть это будет пост, подумал.