Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

Один сизый, другой лысый, два ленивых мужа.

Мы с полковником сидели, вздыхали о том, какие у нас красивые жёны. Кажется, мы их не заслуживаем. Мне бы хватило простой фиолетовой бабы в пупырышках. Полковник согласен на глухонемую дуру, не способную найти дверь в его кабинет. Он вышёл в отставку, чтобы лежать на диване. Но жена точно знает, он хочет помогать по дому, просто стесняется сказать.
Полковник боролся как лев. Ломал пылесос, бил посуду, болел мигренью. Как мог доказывал свою никчёмность. Особенно с картошкой аргументов не хватало. На смену убитой картофилине всегда приходила новая, и число им было - легион. В конце концов сказал, что не хочет чистить картошку.
— А есть её ты хочешь? - спросила жена.
— А есть хочу. - ответил он честно. И лёг на диван, изображая смерть.

Жена заложила несколько кругов, потом обратилась с чем-то, похожим на заботу.
- Думаю, Юра, тебе надо сходить к врачу.
- Но я здоров!
- Нет, ты болен.
- Чем?
- У тебя депрессия.
- Почему?
- Потому что ты ничего не хочешь делать.

Мы с полковником считаем, нежелание работать и есть признак здоровья. Да, мы лежим на диванах, но каких усилий это стоит! Настоящая оборона Козельска! Те же глаза навыкате, бабы орут, мебель трещит, бой за каждую пядь.

Единственное, что каждый мужчина делает охотно и лучше всех — это шашлык. Лично я мариную на луке. Рецепт простой, режете лук, пока глаза не вытекут в кастрюлю. Мой шашлык — самое умытое слезами явление в мире.

Collapse )

О мистической сути стихийных бедствий.

Раньше я работал женатым сантехником. Тайфуны, цунами, домоуправления и другие казни египетские боялись меня и уважали. Когда я в дом входил, они слагали гимны краны прекращали течь, унитазы смывали как миленькие, батареи нагревались до сковородочного вида. Председатель ЖЭКа кормил меня конфетами. Семь лет, каждый день я заговаривал воду, а по ночам сочинял книжку.

Теперь уволился. Работаю холостым литератором. Вода сразу распоясалась и стала стихией. Как во Второй день творения. Проникает сквозь потолок, целится капнуть за шиворот или в чай. Научилась игнорировать крышу. В гостиной вспучило паркет, в спальне вздулись обои. В ванной погас свет, похоже, это навсегда.

Против катаклизма я использую ведро, таз, кастрюли и другое удивительное оборудование. Например, поднос коричневый, краденый в заводской столовой из героических побуждений. Сейчас он так ловко примотан скотчем, потоп течёт на подоконник, потом, по подносу, в ванную. Очень удобно. Остальное выливаю в унитаз по сложному графику. Кастрюля в центре кухни наполняется раз в два часа, ведро в шкафу – каждые четыре.

Collapse )

Дима Горчев.

Толкиен говорил, человек после смерти пребывает в мире, который нафантазировал при жизни. Значит для Димы изменилось немногое. У него там дом, печка, дурноватый пёс и пьющие соседи. Покой и Воля, как положено Мастеру.
Может, чуть больше солнца. Ему там хорошо.
А нам пустовато здесь будет.

Про баню.

Любой мужчина мечтает напиться, сесть не в тот самолёт и чтоб наутро Барбара Брыльска гладила его пальцем по щеке.
И ещё мне сказали: будет ужин, всё домашнее, поросёнок с яблоком во рту, огурчики, пирожки с черникой.
Поэтому я пошёл в баню.

Баня маленькая, двухместная, мне выпало мыться с Колей. Гости смотрели нам вслед с пониманием. Все были в курсе, Коля родился и вырос в мартеновской печи. При виде тазиков он дуреет. В нём просыпается огненный монстр, демон веника и пара. А я ж не знал. Я шёл просто мыться и говорить о женской вредности.

Он надел шапку, перчатки. По глазам было видно, надел бы и валенки, не было. Сказал, надо поддать. Поддавал, пока не взорвался градусник.
- Ну вот, теперь хорошо, - обрадовался Коля.

Меж тем, в парилке настало ядерное лето, всё вокруг сделалось лиловым и малиновым как на Венере в середине августа.
На всякий случай я показал Коле жестами, какой я несчастный. Как бы намекнул что сдаюсь и готов уже перейти к пьянству, самолёту и Барбаре Брыльской.

Коля сказал, сейчас мы восстановим мне оптимизм. С трогательной заботой к моим неурядицам он взмахнул веником каким-то самурайским способом. Примерно на втором ударе из меня выбежали все микробы, в том числе полезные. Тогда же открылась разница между баней и процессом распада ядра. И ещё я понял, кого из гостей планировали подать на стол с яблоком во рту.

На третьем ударе я отрёкся от гелиоцентрческой модели мира в пользу плоской земли, плывущей на черепахе. Всё, говорю, Коля, никто нигде уже не вертится, только не надо больше вот этого.
В ответ Коля показал как делают «припарки». Ну, которые мёртвым ни к чему. Конечно, ни к чему. Кому ж надо чтоб мёртвые бегали по бане, жалуясь на ожоги.

Потом, когда я всё-таки выжил и ел пирожки с черникой, складывая их в столбики по три, и все гости казались мне одной сплошной Барбарой Брыльской, Коля рассказал Очень Короткую Историю.

- Однажды я мылся со сталеварами. Думал, сдохну. Было очень жарко, ужасно. Этих мужиков в деревне называли «сталевары». Они вообще беспредельщики. Один выбежал с тазиком под дождь, его ударила молния, он ничего, дальше мыться пошёл.

Так сказал Коля и тревожно посмотрел на закат.