Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

(no subject)

В авторском кино герой небрит и носит рваный свитер. Он глядит на дождь, создающий грязь, в которую упадёт герой, когда получит по морде. На фестивале такой фильм называют гражданской позицией и прививкой от равнодушия. 

Для подобных каминаутов у нас с режиссёром Андрейсом Этисом  слабые нервы. Нам в искусстве интересна простая женщина с коленками и пупком. Если сюжет тормозит, мы пишем «на героине остались только трусики» И сразу динамика, интрига, достоверность.  

За лето продали два фильма. Это значит, многие разделяют наши ценности и диагноз. 

Я человек зажатый, деревенский. Говорю Андрейсу – почему в наших фильмах все спят со всеми? Не слишком ли это новаторски? Что скажет жюри в Каннах?
Он отвечает – мы же, сука, творцы! Расправь крылья! Позволь матери невесты трахнуть жениха!
Я позволяю, и происходит чудо! Зять и тёща, сцена в тамбуре, динамика и достоверность пробивают потолок.  

Сейчас мы пишем кино про свадьбу. Ищем подходящие истории. Первую рассказал Андрейс. 

- Мой дедушка при Сталине отсидел 15 лет. Вернулся в Ригу, узнал что бабушка живёт с каким-то портным. Сел в кафе напротив дома, отправил бабушке записку. Всего два слова: «Я вернулся».
Через десять минут портной пошёл вон. (авторский текст)
Дедушка поднялся в квартиру. За следующие тридцать лет он ни разу не спросил о портном. 

Collapse )

(no subject)

Однажды я писал сценарий про разводы. И так изучил вопрос, что увидел вдруг, как дома никто меня не ценит, благодарности ноль, кручусь как пропеллер, хоть бы кто по лысине погладил.
Пришёл к режиссёру Андрейсу, говорю:
- Все люди разводятся из-за денег. Женщины требуют Млечный путь, а если предложить взамен сумочку – истерика и развод. Кроме случая с Дарьей Жуковой. Ей хотелось реальный шалаш из палок, у мужа не нашлось мелочи. Пришлось искать миллиардера-нищеброда. Примерно об этом и должен быть фильм.

Режиссёр Андрейс покачал головой.
- Нет, - говорит, - все разводы из-за секса. Его всегда или слишком мало, или просто мало. Кроме случая с Дарьей Жуковой, конечно. Ей, наверняка, было много. Вот об этом и должен быть фильм.

В кафе, где мы рассуждали об искусстве, то и дело вбегали студентки. Мы представляли (не вслух) отчего бы каждая могла с нами развестись. Выходило от того, что мы два облетающих олуха с деньгами и сексом вместо зрачков. Студенткам же хотелось кофе с булочкой и сдать сессию. От нас им вообще ничего не надо.

Целое лето мы сочиняли в том кафе. Каждый эпизод нашего фильма пронизан болью. Снимаем зимой. В главных ролях деньги, секс, студентки. Целевая аудитория – мы с Андрейсом. В Россию кино не придёт, потому что это европейский артхаус. У кого жива ещё фантазия, можете прочитать книжку и всё вообразить со своими актёрами. В момент кастинга не сдерживайтесь, скандальте, требуйте самое лучшее.

p.s. Andrejs Ekis лучший в мире режиссёр. Я серьёзно.

Collapse )

Безруков против белочек.

Когда герой в драке изящно вращает ногами, это модно и современно, молодёжи нравится. Поэтому в кино вставили побоище. Из тех же соображений вписали фею. Помреж Галя в коротком платье с крылышками такая лапа, что скрывать нельзя. Если не понимаете зачем в триллере фея, то даже не знаю чем вам помочь. Возвращаемся к мордобою.

В сценарии было написано: «Убийца пробирается к выходу, расшвыривая оперативников». В переводе на язык жестов, яростный Безруков бежит по столам и люстрам, менты его таранят, но он как белокурое торнадо разбрасывает всех с чудовищной ловкостью.
Реализовать невысказанное взялись каскадёры из Казахстана. Всемирные звёзды, специалисты по Кун-До. Руководит ими великий Игорь Цай. Благодаря ему множестово экранных негодяев огребли стремительными кедами по морде. Он лично прислал нам видео с планом баталии.
Там всё волшебно. Цай изображал Безрукова, ловил чашки и стрелы, фехтовал огнетушителем и табуреткой. Одного врага ударил ложкой, согнул черенок, поддел за щёку другого, этой же ложкой, - и бросил через спину. Очень достоверно. Всё как в жизни. Мой папа однажды плоской отвёрткой так же выгнал на мороз целый подъезд мужчин. Потом расскажу.

И вот, смертоносные казахи приехали. Им дали роль оперативников. Актёрская задача - ходить по ресторану, встречать Новый год. Они как настоящие, танцевали, обнимали женщин, не выходя за рамки устава караульной службы. И уже приготовились получить кренделей из талантливых рук Безрукова, как вдруг режиссёр Дима спрашивает, а почему это у нас все менты – казахи? Диме объясняют терпеливо: Цай там живёт, это его домашние специалисты, выращены в неволе. Он их с руки, по зёрнышку и т.д.
Но Дима упрямый, говорит, мы же в Питере! Ему отвечают - а что делать! В американских фильмах не такие чудеса бывают. Например, негр-кардиохирург. Или еврей-дальнобойщик. А жена дальнобойщика тоже еврей и при этом фермер. А у нас менты вот необычные, с изюминкой. Надо смириться. Тут Дима говорит разумные слова: представьте, неистовый Безруков бегает везде, но бьёт только казахов. Причём огнетушителем, ногой и гнутой ложкой. Он что, нацист?

Collapse )

Кино рожаем.

Есть пятьсот вариантов этой байки. Начинаются одинаково: труба забилась, в квартире неприятный фонтан. Хозяин мечется, готов любить сантехника и даже жить с ним в шалаше. В других пересказах готов бежать за сантехником на край земли с шалашом в руках.
Потом приходит водопроводчик, снимает нимб и крылья в прихожей. Смотрит на проблему с укоризной. Говорит, что ж вы как дети малые! Он ловко орудует тросом и -- чудо, вытаскивает из трубы носок!

Чей же это? -- интересуется хозяин, почёсывая молодые рога. Пылкое воображение подсказывает, что его люстра, рояль и жена -- всё теперь изгажено сексом. В некоторых изложениях хозяин хватает топор, символизирующий его грусть.

Потом приходит сосед. Он только что читал роман Агутагавы Рюноскэ "Табак и дьявол". Закрыл книжку, встал с горшка. Вдруг из унитаза выкрутился трос. Мелко дрожа, тварь дотянулась до сушилки, намотала на голову носок, помедлила мгновение и скрылась. Страшно подумать, как изменилась бы жизнь соседа, не захлопни он вовремя книгу. Дело даже не в носке, а в том доверии, которое человек испытывал к родному унитазу и теперь утратил навсегда.

Всякий раз, дочитав до этого места, я мечусь, причитаю, -- зачем не я придумал эту великолепную чушь. Мне нипочём такое не сочинить. А надо. Срочно, десять баек о русских народных чудесах. Что-то несуразное, вроде дорожной разметки, нанесённой поверх раздавленной кошки.

Дорогие сто читателей, которые до сих пор с нами, вдруг вы чего знаете, пришлите, а? С победителями готов жить в шалаше. Ещё лучше, перепощу тут, с указанием ваших прекрасных никнеймов. Отдельные творения будут экранизированы очень, очень крутой кинокомпанией. Сможете хвастать прямо в кинозале, что киношники у вас лично спёрли эту неземную историю. Пока подумайте, а я пойду шалаш приготовлю.

Севавстопольский рассказ. (Не Толстой)

Однажды, будучи юн, пьян и шатен, я провёл ночь в обнимку с кульком помидоров и гомосесуально настроеным боцманом. И хоть боцман был настойчиво мил, юношескую свою девственность я сберёг. И у меня по-прежнему не растрачен тот самый один раз, который можно рифмовать со словами унитаз, пяткой в глаз или другими, на выбор поэта.

А теперь я расскажу о своей любви к помидорам.
Помидор – отец, мать и дух святой семейства паслёновых. Его яркий цвет бу-бу-бу, а сочная мякоть тра-ля-ля. Покажите того, кто не купил бы крымских томатов породы «красный бегемот» по пути с работы за рупь у бабуськи. Проводите меня к тому мерзавцу, я его убью взглядом за растрату вкуса к жизни.

- Заверните все – сказал я, прихохатывая по-Шаляпински. Бабуля долго лепила кулёк, я притворялся что не думаю постоянно о сексе с Натальей, проживающей в г. Севастополь, ул. Комммунаров 5. Город кутался в сумерки, река жизни несла мимо половозрелых старшеклассниц. Меж тем, мою баню закрыли и ключ не положили под мусорник. И мне стало негде ночевать.
На вашем месте я бы тоже ничего не понял, поэтому объясняю как себе:

В Москву на фестивали капиталисты возят новые киноленты. Ночью, когда комиссия по авторским правам спит, киномеханики копируют свежих Бессонов с Верховенами и пускают в ход по свету.
И вот, весною, в час небывало жаркого заката, на перроне в г.Севастополь появился один незнакомец, в шортах. Это был я. При мне были кофры с ворованным «Роботом-полицейским» на оригинальном языке роботов-полицейских.

Назывался я тогда «Вячеслав, переводчик из Риги». Я знал этот фильм наизусть и делал закадровый перевод прямо в кинотеатре. При том был шатен, юн и в шортах. Все меня страшно уважали. И поселили в бане, на тахте, из пиетета и экономии. Через шесть недель жизни в сауне я стал чище, чем снег на Джомолунгме. Приходил с сеансов, доставал из-под мусорника ключ и всё было хорошо.

Но однажды, кто-то мытый и нетрезвый унёс ключ. А я не успел, из-за помидоров. И куда позвонить не знал. Половину моей головы занимал текст к фильму «робокоп», состоящий из идиомы «фак ю» в 180-ти вариантах перевода. Ещё полголовы было отведено под Наташку с ул. Коммунаров 5. Телефон Варвары-ключницы в голове не поместился. Я пришёл и стал угрожать двери жёстким сексом.
Я принципиально хотел спать внутри, а не снаружи.


Если 250 раз посмотреть фильм робокоп, то гулять не хочется никогда. Более того, от взгляда на кусты в мозг приходит ассоциация «поспать», а не «насрано», как должно быть. Ещё я хотел забросать ментов помидорами, чтобы выспаться у них там. Но ментов нигде не было. Наверое, все они боятся шатенов с помидорами и прячутся, едва завидев.

- Эй, паренёк! – обратился ко мне монумент со скамейки. Я 16 раз прошёл мимо него и был уверен, что он - изваяние, а не живой мужчина.
- Не подскажите, который час? – я издалека начал рассказ о том, как хочу спать и согласен на раскладушку в корридоре.
- Жевачку хочешь? – спросил командор, демонстрируя, что не уступает мне в мастерстве вести осмысленные, логически выверенные беседы.
- Мне ночевать негде – ответил я очень завуалировано, даже эзоповым языком.
- У меня ликёр есть. Банановый. – мужчина оказался блестящим собеседником и немножко поэтом.
Мы выпили ликёр тут же на скамейке. К себе мой новый друг меня не пригласил. Зато позвал осмотреть спортивную мазду в гараже. Представился боцманом, намекая, что жевачка, ликёр и мазда – всё ОТТУДА. До утра я был совершенно свободен. И мы пошли в гараж. По пути купили у таксиста водки.

Там, где галька до икоты зацелована волной, где перезрелая луна стекает на гаражи чем-то белым-сладострастным-нехорошим, он решился мной овладеть. Он не рвал на мне ночнушек зубами и не ревел минотавром, пугая собак и военных моряков. Мой ухажёр был тих и застенчив.
- Садись – и распахнул мазду, будто Копперфильд ту коробку, в которой одна за другой пропадают голые женщины.
Сели. Выпили водки, съели по помидорке. Сошлись на том, что все бабы – дуры.
- Пора - подумал друг и положил мне руку на плечо.

Девочки, не верьте мужчинам, которые называют вас «паренёк». Эти гомункулусы совешенно не понимают в эрогенных зонах. Мой, представляете, полчаса ввинчивал мне палец под ухо, уверенный, что я щас стану с себя одежды срывать.
Непорочный как зачатие, я всё ещё не понимал, зачем боцман так необоснованно ласков со мной. Уже водка кончилась, а я не понимал. Только когда он стал шептать мне в ухо восхитительные непристойности, до меня дошло, при чём тут жевачка, ликёр, иномарка и вот это гнусное ковыряние пальцем в шею. Против меня был применён гадкий мужланский набор «сними девчонку на проспекте». Мне стало горько и обидно за всех девушек, оставшихся на улице в шортах и вне бани. Как они всё-таки грубы с нами.

Метелить бедного боцмана не хотелось.
- Милый – сказал я ему – я не дорос до таких изысков. Втяни назад, пожалуйста, петипальцы, чтоб не вышло переломов.
Милый втянул и как-то сник.
- Ты ж говорил, все бабы дуры – обвинил он меня голосом раннего Лермонтова.
Я возразил ему лекцией о принципах применения общих фраз в контексте полоролевых стереотипов, которые, декларируя противостояние Мэ и Жо, на деле оказываются лишь бравадой и способом не признать жизненную зависимость Нас от Них и наоборот. К концу лекции визави уснул. Я пожелал ему крепости в руках поутру, выбрался из гаражей и к шести утра доплутал до кинотеатра, где и сам уснул, составив столики открытого кафе в огромную кровать. Из уважения к моему перегару и должности меня не будили до начала сеанса. Всё-таки не алкаш какой, а Вячеслав, переводчик из Риги.

- Кинокампания Парамаунт представляет – сказал я залу голосом болотного дракона.
- Какой знойный переводчик – подумал зал.



 

Триллер.

Просыпаюсь ночью, слышу, жужжит что-то.

 Дождь, казалось, лил отовсюду, даже снизу вверх, так быстро промокали до трусов редкие прохожие. Ночь была из тех, абсолютно ненастных, в какие сам Сатана никуда не ходит, сидит в качалке у камина  и сочиняет  под псевдонимом Лариса Рубальская.* 
Даже машынные воры в ту ночь спали.
 - Нечего в такую погоду мокнуть до трусов - думали во сне машынные воры,  - завтра стихнент, пойдём и сопрём чиво надо.

Pesen net смотрел тревожные сны в соответствии с погодой - про одуванчики. И вдруг раздались скрежет, вой и лай. Будто бригада ужасных молдаван, (все - шестирукие мутанты) разом дырявила дыры, пилила пропилы и зашурупливала (тьфубля) шурупы где-то в районе кухни. Я давно собирался под кровать топор положить, на такой случай. Потому что тапочкой много ночных шестируких молдаван не убьёшь. Делать нечего, сел на коня поскакал сражаться за двухкомнатную Родину. В руках тапки, один метательный, второй для фехтования.

А в коридоре, мамочки мои,  Люся ручным комбайном косит ноги. Раньше тырила мои бритвы, а теперь вот. Браун Силькапиль, прости господи. Я говорю, Люся, убавь громкость-то, эпилятору. Ночь же, многие спят. Например, я. В ответ Люся вежливо послала меня в жопу и за это я расскажу вам историю с Цытатой.

Ван Гог жил - себя не жалел, истово, наотмашь. И рисовал так же, размашисто. И брился. Ну и домахался до славы художника-хирурга. Хотя странно,  почему ухо, вообще-то в эпицентре щетины нос растёт. 
Видимо, темперамент можно мерить сантиметрами, от места бритья до поражённого органа. У Ван Гога - 6 сантиметров.
А я вот тихоня. Всего-то 2 см. Зато я очень постоянный, каждый раз, как свежая бритва - так пластырь на шнобеле.
Один хороший тест подтвердил мою покладистость и смиренность, выдав такой результат:  
Среди персонажей "Золушки" вы - Тыква. 
Если кто предпочёл бы быть шестёркой лошадей или мешком гороха, значит тот не знает женщин. Женщины выбирают мужчин-ягодков: кабачков, огурцов или вот тыков.

Люська - антипод мне. Как-то раз, брея лодыжки, она поранила аж бедро. Это сантиметров тридцать по прямой, через чащу.
Значит ветренная и буйная, как пять Ван Гогов. И зря мы ей купили Силькапиль. Она же растёт, как личность. Лет через семь, глядишь, переплюнула бы Живописьца, попала бы в новости под броскую шапку
Брея ноги, женщина случайно сносит себе ухо!
И Ван Гог  от зависти скурил бы годовой урожай кубинских сигар.

*Здесь по смыслу должна быть тематическая ссылка, но я не умею. 
Френды! Камрады! Амигос! Научите неместного меня робить ссыльные картинки на всякие ютубы, чтоб оно играло прямо тут. И сцылки как делать. Я вам за это что хотите, особенно секс.

Про жизнь, любовь и сантехнику

Все думают сантехник – это пьяный монстр, мнёт паркеты сапожищами и брезгует нырять в гаффно за сорок баксов в час.
Напрасно так думают. Сантехник очень нежное создание.

Про сантенхникову нежность доже порнофильм есть, старинный. (другой совсем, не из прошлого поста)
Там Гойко Митич такой, ходит по домам, всем делает добро огромным иструментом. 
Например, пятая серия:
В квартире с видом на бассейн грустит Гертруда.
Судьба у ней тяжёлая. Сиськи - будто ведра с дробью, ресниц - целая швабра, век не поднять, по земле вслепую, как Вий перемещается.
Ещё на шнурках туфли копытного вида. Падение с них – мгновенная смерть.
Про такие пишут в протоколах  «убит тупым колющим предметом». Мужчины этой обуви страшатся, на самом деле.

Collapse )


Картинка:
Женщина в ванной сломала смеситель, ей стыдно. Ждёт сантехника.