April 8th, 2020

(no subject)

Лара обожает топить печь и смотреть в окно на дождь.
На вопрос «где брать дрова», Лара говорит «в лесу». Золушка собирала, значит и я смогу.

Я посмотрел пару сказок для эрудиции. Золушки собирают аккуратно напиленные веточки. Трёх веточек хватает для отопления приличного дворца. Урановый какой-то хворост. Попутно в лесу можно найти колечко, принца, или волшебную гусыню.

Реальный хворост сильно отличается от голливудского. Тяжёлые какие-то деревья, таскать их неудобно, пилить трудно. И ещё эти клещи. Даже мне, гетеросексуалу, принц показался бы лучшей находкой.

Для розжига возьмите огнемёт или бензин, побольше. Или и то и другое, а дрова выбросьте. За день тяжёлого труда я получил лишь облако едкого дыма и комментарий, что нормальный мужик давно бы всё тут обогрел.

Я позвонил на лесопилку, представился мужиком. И в тот же день получил полный всяких палок и обрубков. Водитель грузовика сказал, это лучшие в мире дрова. Их надо сложить и сушить в течение года. Как греться весь этот год – не сказал.

Я попросил привезти чего-нибудь сухого, удобной формы, огнеопасного, за любые деньги. Получил опилочные брикеты. (На лесопилке единицей измерения чего угодно является грузовик. Думаю заказать у них пирожных «корзиночка с малиновым желе»)
Ещё водитель сказал, брикеты надо хранить в помещении. Так в наш дом вошли перетёртые деревья. Скалы и утёсы опилок. Мы струимся меж ними как лодки по каньону реки Колорадо. Опилками пропахли суп, жена, собака и пейзаж за окном. Зато мы научились прилепляться к тёплой печке, как это делают мухи или ящерицы.

У сантехников свои взгляды на уют. Моя идеальная дача состоит из душа, бойлера, биде и унитаза. Гадить и мыться, мыться и гадить – вот четыре глагола, делающих человека личностью. Я бы и отопление построил. Но - «Никогда это чудовище не ступит на наш порог» – сказала Лара, имея ввиду котёл, - красивый зелёный параллелепипед с чёрными дверцами.
Поэтому мы топим печь. Ныне, присно и вовеки. Извините, я должен сменить тему, слёзы душат.

Карантин увеличил домашнее насилие на 40 %. Я, например, прикован за ногу к стене сарая. Но не ради секса, а во имя иммунитета. Так бюрократическая мелочь испохабила мне весь карантин.

За три недели наедине с луной заметил следующее: если мужчину запереть с каким-нибудь предметом надолго, то этот предмет, или животное, или женщина, рано или поздно покажется Орнеллой Мутти.
Даниэль Дефо не жил в карантине, поэтому его Робинзон за 28 лет с козами по-прежнему называл их козами, а не Любочка, Зинуля и Агафья Тихоновна, прекратите на меня орать. Или же переводчик что-то вымарал. Или я не знаю всех значений глагола «доить».

Ещё у нас есть баня. А за лесом магазинчик, где продают розовое анжуйское. Вино и баня меняют мир. С ними собака лает на трактор недаром. И тракторист Улдис тарахтит на всю округу как-то осмысленно. И сам я, ломая в душе лёд, чувствую что не зря родился.

А теперь простите, трактор возвращается. Нам с собакой нужно пойти, погавкать. Никаких других развлечений до пятницы не предвидится.